Дмитрию Хворостовскому понравилось быть трезвенником
Архив NTVRU.com

Постановка оперы Прокофьева "Война и мир" в нью-йоркской Метрополитен-опере до сих пор остается в зоне внимания многих западных газет. По словам критиков, в самом центре зрительского интереса оказался сибиряк Дмитрий Хворостовский. "Его мощный и мелодичный баритон идеально подходит для партии Андрея Болконского. И тот факт, что внешне он похож на голливудскую кинозвезду, нельзя не принимать во внимание", - пишет, в частности, Daily Telegraph, перевод статьи которой публикует Inopressa.ru.

Журнал Elle назвал его "оперным Элвисом". На это Хворостовский ответил: "Пока я занимаюсь любимым делом, я не обращаю внимание на то, как меня называют. Наверно, они приукрашивают, все-таки Элвис произвел своеобразную революцию в музыке. Кстати, он мог бы стать отличным оперным певцом, если бы стал заниматься".

У Хворостовского есть свой дом в Лондоне, и он очень хорошо говорит по-английски с "милым сибирским акцентом". В свое время у себя на родине он был вокалистом в группе, которая играла "хэви-метал": "так можно было получить признание у местной публики". Он мог бы стать участником какого-нибудь музыкального проекта, сочетающего классическую и поп-музыку, но Хворостовскому это не интересно. Он даже рассказал, что одной из причин, по которой он ушел с лейбла Philips Classics, было то, что эта компания пыталась заставить его участвовать в "одном из подобных безвкусных шоу".

Его творчество вне оперы представлено в ностальгическом альбоме Passione di Napole неаполитанскими песнями, которые он исполняет так, как будто он - сын Карузо. "Вам может показаться странным, но я совсем не по-сибирски звучу, возможно, потому, что моя жена √ итальянка. Я специально выучил определенный диалект, не все итальянские певцы могут на нем петь. Этот альбом принес мне много удовольствия, наверно, я буду петь эти песни на бис на своих сольных концертах".

"Я вырос в Красноярске, это большой город с миллионным населением, - рассказал певец. - Советская система музыкального образования помогла мне в обучении. В конце семидесятых у нас был лозунг "Даешь культуру жителям Сибири!", на создание театров и консерваторий выделялись большие деньги. Я не могу пожаловаться √ чтобы учиться, мне не нужно было никуда уезжать из Сибири".

В России Хворостовский выиграл несколько конкурсов, и его заметила известнейшая русская певица, обладательница меццо Ирина Архипова. Она поспособствовала тому, что он принял участие во всемирном конкурсе вокалистов в Кардиффе в 1989 году. Там он в финале одержал победу над Брайаном Трефлом. Так началась его карьера на Западе √ он солировал на всех известнейших оперных сценах, выпустил большое количество альбомов.

Сейчас Хворостовский больше всего увлечен Верди, главные партии в операх Верди он начал исполнять в прошлом году (недавно он выпустил альбом с ариями этого композитора). "Я мечтал об этом с пятнадцати лет, но только сейчас мой голос готов для Верди. Мне предлагали петь Верди и раньше, но я всегда отказывался".

Он начал с Риголетто, которого спел в Хьюстонской Гранд-опере незадолго после того, как ему исполнилось тридцать девять. Хворостовский считает, что Риголетто √ это "самая сложная, самая протяженная роль в операх Верди". Скоро, уже в апреле, он споет в "Трубадуре" в лондонской Королевской опере. Сложность партии графа ди Луны в "Трубадуре" заключается том, что граф, "как сказали бы американцы, "сердитый парень", и он часто кричит. Мне нужно будет удержаться от того, чтобы не начать рявкать и гикать".

Стиль Хворостовского часто относят к "старой школе". Он более лиричный и легкий, чем современный. "Я ищу в магазинах редкие записи, покупаю пластинки у частных коллекционеров". Особенно его привлекают записи Павла Лисициана. "Он и сейчас мой кумир. Ему девяносто лет, и мы дружим с ним. Он не похож ни на кого. Его голос имеет итальянскую красоту, очень мягкий, не слышны никакие перепады".

Ему почти сорок, и он в самом расцвете творческих сил. "Я бросил курить несколько лет назад, а в прошлом году наконец-то покончил с алкоголем. Я даже стал ходить в тренажерный зал. Раньше я был типичным русским: очень любил водку". Сложно ли ему быть трезвенником? "Сначала было сложно. Но сейчас, мне кажется, я привык. Это просто, ведь я хочу расти как профессионал, чтобы достичь максимума своих возможностей".

За Дмитрием Хворостовским закрепилась репутация отстраненного и высокомерного человека. "Когда я был ребенком, я не был особенно общительным. Я снова надел эту маску, когда уехал на Запад. Я не понимал по-английски и чувствовал, что должен защитить себя. В звукозаписывающей компании мне говорили, что я должен постоянно улыбаться, но делать это мне было очень непросто". Когда сейчас ему говорят, что он много улыбается, певец отвечает: "Да, но ведь у меня есть много поводов делать это".