Власть олигархов осталась в прошлом - теперь за нити экономики дергают приближенные Путина, пишет немецкий еженедельник Focus
Архив NEWSru.com
 
 
 
Разгром ЮКОСа - наиболее зрелищный, но не единственный эпизод этого "экономического детектива", срежиссированного российской властью, указывает журнал
Архив NEWSru.com
 
 
 
С учетом иерархической структуры путинской "вертикали власти" за кремлевскими контролерами в компаниях, пусть не формально, но фактически остается последнее слово
RTV International

Власть олигархов осталась в прошлом - теперь за нити экономики дергают приближенные Путина, пишет немецкий еженедельник Focus. Разгром ЮКОСа - наиболее зрелищный, но не единственный эпизод этого "экономического детектива", срежиссированного российской властью, указывает журнал.

"Если кто-то, натянув колготки на голову, вбегает в ювелирный магазин, требует с витрины золотую цепь, нервно бросает деньги и исчезает, невольно возникает подозрение в том, что совесть у него нечиста - даже если формально его поведение не нарушает закона. В Москве подобные причуды стали реальностью: на сомнительном аукционе два немногословных представителя совершенно неизвестной фирмы приобрели российскую нефтедобывающую компанию "Юганскнефтегаз", стоящую миллиарды, за цену много ниже ее стоимости. И исчезли", - напоминает Focus. (Перевод статьи на сайте Inopressa.Ru.)

Этот странный декабрьский аукцион был одним из немногих эпизодов в гигантском экономическом детективе. Тихо и спокойно высокопоставленные аппаратчики (все - доверенные лица Владимира Путина) поделили между собой российскую экономику. Это своего рода игра в "Монополию" на миллиарды. Сегодня, в понедельник, должен закончиться очередной тур этой игры - Московский суд собирается вынести приговор Михаилу Ходорковскому, бывшему главе нефтяного концерна ЮКОС. Ему грозит десять лет колонии.

Предмет торгов, "Юганскнефтегаз", был основной дочерней фирмой ЮКОСа. Как оказалось, за таинственными покупателями стоял государственный концерн "Роснефть". Совет директоров "Роснефти" возглавляет Игорь Сечин, правая рука Путина еще со времени их работы в Петербурге, а сегодня - заместитель главы администрации президента. Дочь Сечина замужем за сыном Владимира Устинова, генерального прокурора, который налоговыми претензиями довел ЮКОС до разорения, напоминает Focus. Против всех норм, принятых в правовом государстве, Устинов придал новым законам обратную силу - и, заметим, исключительно в отношении одного концерна.

Как работать в новых условиях, на Западе не понимают. Carlyle Group, одна из самых престижных инвестиционных фирм, отменила планы по созданию фонда инвестиций в Россию в размере 300 млн долларов, явно имея в виду, что Россия либо слишком рискованное, либо маловыгодное место для серьезного капитализма, напоминает The Washington Times. "Решение Carlyle Group дает представление о приговоре, вынесенном России мировыми рынками. Если Carlyle, имеющая таких влиятельных советников, как президент Джордж Буш-старший и бывший британский премьер Джон Мейджор, выходит из российской игры, мало кто, не обладая столь мощными политическими подпорками, решится в нее вступить", - полагает американская газета. (Перевод статьи на сайте Inopressa.Ru.)

"Юстиция - это инструмент администрации президента", - жалуется Сергей Митрохин, заместитель председателя либеральной партии "Яблоко". В условиях грабительского капитализма при предшественнике Путина Борисе Ельцине так называемые олигархи считались настоящими правителями России. Сегодня многие из них бегут за границу. Некоторые - к примеру, Роман Абрамович, владелец лондонского футбольного клуба "Челси", - все еще, правда, поддерживают дружеские отношения с президентом. Однако даже Абрамович проводит на Западе до странности много времени - хотя он как губернатор Чукотки обременен обязанностями на родине. На вопрос журналистов, что он думает по поводу ареста его делового партнера Ходорковского, самый богатый россиянин ответил скромно: "Я ничего не думаю".

"При Ельцине экономикой управляла кучка людей. Теперь число рулевых возросло, но большинство из них предпочитает как можно дольше сохранять анонимность", - полагает социолог Ольга Крыштановская. Когда, например, бывший спикер парламента Иван Рыбкин во время предвыборной кампании 2004 года назвал своего оппонента Путина олигархом и привел на тот момент неизвестные имена его так называемых деловых партнеров, разразились некие таинственные обстоятельства и он на несколько дней пропал в Киеве. После своего возвращения Рыбкин упорно молчит.

Ставки в кремлевской "Монополии" огромны. В прошлом году своим указом Путин причислил более тысячи фирм к "стратегическим предприятиям", за которыми недреманно должно следить государево око. Наличие государственных представителей в советах директоров государственных же предприятий - дело обычное во всем мире. Однако то, что чиновники фактически контролируют предприятия с миллиардными оборотами, - это, скорее, редкость.

С учетом иерархической структуры путинской "вертикали власти" за кремлевскими контролерами в компаниях, пусть не формально, но фактически остается последнее слово, полагает Крыштановская. При этом они часто делают вовсе не то, что нужно. "Они запрещают или дозволяют. Они не учились современному менеджменту, они умеют только командовать", - говорит исследовательница современной элиты.

"Они вовсе не заинтересованы в необходимой модернизации экономики, так как они сидят в монополиях и боятся конкуренции", - считает также либеральный политик Митрохин. В итоге пользу от роста экономики извлекают только избранные, а социальная пропасть становится все шире.

Путин играет в этой "Монополии" двоякую роль, считает Focus: для Запада он должен сохранить демократический фасад, внутри страны - быть арбитром. Однако за ним часто остается последнее, но не всегда решающее слово. Как пример Focus приводит продолжающееся противоборство между главой президентской администрации Дмитрием Медведевым, который контролирует концерн "Газпром", и его заместителем Сечиным, возглавляющим совет директоров "Роснефти", купившей "Юганскнефтегаз" и не желающей входить в состав газовой монополии.

The Washington Times добавляет, что российского президента Владимира Путина явно беспокоит репутация его страны. В апреле он заявил, что пора подвести черту под спорами о приватизации достояния бывшего СССР в 1990-е годы, обеспечив новому поколению российских бизнесменов уверенность в праве собственников. Обещание начали выполнять в четверг, когда правительство одобрило законопроект, устанавливающий трехлетний срок давности по приватизационным сделкам вместо прежних 10 лет.

Но закон еще предстоит представить в парламент и ввести в действие, а глядя на судьбу Ходорковского, российские магнаты имеют основания не чувствовать уверенности в том, что их приобретения, вне зависимости от того, каким путем они сделаны, находятся в безопасности, подводит итог американская газета.