Убитый в бою боевик оказался голым и со следами пыток
http://versiasovsek.ru
 
 
 
Борис Дзагалов был арестован через день после нападения на Нальчик
http://versiasovsek.ru
 
 
 
Борис Дзагалов был арестован через день после нападения на Нальчик
http://versiasovsek.ru
 
 
 
Расул Кудаев
www.gzt.ru

Попавшие в руки международных правозащитных организаций и ведущих западных СМИ фотографии арестованных по подозрению в нападении на Нальчик людей со следами избиений, а также снимки убитых после ареста, изуродованные тела которых до сих пор находятся в морге Нальчика, могут обрушить репутацию России не меньше, чем скандальные фото из американской тюрьмы "Абу-Грейб" под Багдадом, пишет газета "Версия".

Что в действительности произошло в столице Кабардино-Балкарии 13 октября 2005 года, знают только те, кому это положено знать по долгу службы. По официальной версии, банда местных ваххабитов по наущению чеченских боевиков и арабских инструкторов, напала на ряд офисов силовых структур, и эту атаку успешно отбили милиционеры, которые, понеся минимальные потери, уничтожили большую часть террористов, а в настоящий момент выявляют тех, кому удалось ускользнуть.

Но есть и альтернативная точка зрения: в республике несколько лет проводилась политика антиисламских репрессий, и ее итогом стало религиозное восстание, которое было успешно подавлено, и успешность эта объясняется отнюдь не доблестью местной милиции, а тем, что планы мятежников были хорошо известны правоохранительным органам, которые не стали предотвращать восстание оперативными методами, а вместо этого организовали засады. Этот сценарий был выбран, чтобы, разгромив бунтовщиков, иметь под видом выявления пособников, организаторов и участников мятежа повод для зачистки всей кабардино-балкарской религиозной оппозиции. Эта оппозиция, которая по оперативным документам называлась Кабардино-Балкарским джамаатом, насчитывала 5-10 тыс. человек. В большинстве своем эти люди не были причастны к террористической деятельности, зато они не признавали официально назначенных муфтиев и республиканские власти, пишет газета.

На протяжении нескольких лет УБОП МВД Кабардино-Балкарии создавал поименный перечень радикально настроенных мусульман, так называемые "ваххабитские списки", и причины, по которым люди могли в них оказаться, достаточно формальны. Главный повод для причисления к "ваххабитам" - регулярное чтение намаза, и на местном милицейском жаргоне "ваххабитов" так и называют - "молящиеся". Эти списки имели в основном оперативную ценность, и для того чтобы пересажать членов джамаата, надо было создать систему доказательств их виновности. Признания и показания друг против друга являются именно такими доказательствами. И в настоящий момент более чем 50-ти из них предъявлено обвинение в причастности к нападению на Нальчик. В основном аргументы следствия построены на их признательных показаниях, отмечает "Версия".

Однако некоторые адвокаты с самого начала утверждали, что признания из их клиентов попросту выбили. Этим утверждениям можно и не верить, однако именно вокруг тех, кто заявлял, что их подзащитных пытали, стали происходить странные вещи: одного за другим их по настоянию прокуратуры стали отстранять от ведения дел. Причем для этого использовался один и тот же прием: адвокатов вызывали в прокуратуру якобы для выяснения обстоятельств их жалоб о незаконных методах ведения следствия, а затем оформляли эти беседы как допрос свидетеля по делу о нападении на Нальчик и, ссылаясь на неспособность свидетеля выполнять функции защитника, меняли на других, более покладистых. В подобном положении оказались адвокаты Ирина Комиссарова, Лариса Дорогова, Даниял Хачуев, Инна Голицына. При этом прокуратура отрицала, что на подозреваемых оказывается физическое давление. Практически два месяца эта ситуация выглядела как "слово адвоката против слова следователя", кому верить, однако теперь в пользу защитников говорят фотоаргументы - снимки, сделанные для служебного пользования и немыслимым образом подавшие в руки правозащитников и журналистов, пишет газета.

По данным издания, в первые дни после подавления мятежа сотрудники правоохранительных органов Кабардино-Балкарии объезжали "исламистский контингент", часть людей арестовывали, остальных предупреждали: "Вы должны находиться дома, если кого-нибудь не застанем, то не станем разбираться, в магазин он вышел или к соседям за солью... для нас это будет однозначным доказательством причастности к нападению. Нет дома - сразу подаем в федеральный розыск". В результате "списочные ваххабиты" сидели по домам и дожидались второй волны арестов, когда оперативники шли по адресам с однотипным ордером на обыск, подписанным следователем Саврулиным. В каждой бумаге на машинке было отпечатано одно и то же: "На телефон доверия УБОП МВД КБР поступил звонок о том, что в квартире такой-то, где проживает тот-то, хранится оружие, на основании этого постановляю произвести обыск". Вручную заполнялись только адреса и имена.

Вне зависимости от результатов обыск заканчивался задержанием. Задержанных доставляли в УБОП, а там их ждал "сюрприз": помимо анонимного звонка против них уже существовали показания арестантов первой волны. А затем и вновь поступившие признавались во всех грехах и показывали на следующих. Какой ценой добывались показания, можно судить по нескольким случаям, ставшим достоянием гласности, пишет газета.

Подозреваемые оказывались в морге через сутки после задержания

Борис Дзагалов - "молящийся", и к нему, как и ко многим другим, 14 октября (на следующий день после нападения на Нальчик) явились милиционеры и забрали. А уже через сутки его отца Бетала Дзагалова вызвали в морг, чтобы опознать сына. На вопрос, как получилось, что арестованный всего лишь день назад, живой и здоровый Борис превратился в изуродованный до неузнаваемости труп, причем вся правая часть лицевых костей черепа была практически снесена, Бетал получил ответ, что его сына вообще никто не арестовывал: он был активным участником нападения и убит еще 13 октября во время уличного боя.

Однако на фотографии хорошо видно рану, ставшую смертельной. По мнению газеты, более всего это похоже на очень сильный удар массивным тупым предметом. Шокированный Бетал Дзагалов рассказал журналистам, как и где был арестован его сын Борис, вспоминал даже недоеденную булочку, оставленную сыном на столе, но после разъяснительной беседы с сотрудниками ФСБ от контактов с журналистами стал наотрез отказываться.

Страшную судьбу Бориса Дзагалова повторил другой "молящийся" - Заур Псануков: он также был арестован 14 октября, и также вскоре оказался в морге, а родственникам Псаукова объяснили, что он выбросился из окна УБОПа МВД КБР. Однако на окнах этого здания установлены решетки, да и само оно трехэтажное, и упав с такой высоты, можно покалечиться, но разбиться насмерть достаточно проблематично. Кроме того, непонятно, как могло получиться, что у выбросившегося из окна появились гематомы и на правой, и на левой сторонах черепа, отмечает газета.

Среди фотографий есть две, на которых изображены люди, безусловно, причастные к нападению на Нальчик, однако обстоятельства их смерти вызывают большие сомнения. На одном из фото - боевик, о котором известно, что его труп был обнаружен 18 октября в лесу близ Нальчика. По версии следствия, он убежал с места уличных боев, но вскоре скончался от ран. Однако на фотографии хорошо видно, что его раны обрабатывали зеленкой, а его мать еще за день до "нахождения" его тела жаловалась возле морга, что ее сына "добили в реанимации".

На другой фотографии - тело боевика, имя которого нам установить не удалось, по версии следствия, он был убит во время боя. Фото сделано на следующий день, 14 октября, но, судя по нему, перед смертью он подвергался насилию сексуального характера. Кроме того, на левой ноге видны следы пыток. Скорее всего, это следы капронового шнура, затягиваемого рычагом до тех пор, пока не лопнет кожный покров, полагает издание.

Но большинство арестованных выжили и успешно сотрудничают со следствием. Признательные показания они дали практически в первые дни, а сфотографировали их спустя три недели. Видимо, сразу после признаний фотографировать их было бессмысленно, поскольку никто не узнал бы их по этим фото. Но и через три недели люди, хорошо их знавшие, с трудом поняли, кто изображен на фотографиях. На одной из них Расул Кудаев, и форма головы на фото у него совсем не та, что до ареста. На второй день после задержания он признался, что участвовал в нападении, а еще через два дня - и в том, что был идейным вдохновителем, организатором и даже, вроде, финансистом всей террористической операции в Нальчике. Обо всем этом общественности сообщил замгенпрокурора РФ Николай Шепель.

Тогда это показалось невероятным. Расул Кудаев - инвалид. Он и до ареста с трудом передвигался (теперь он вообще не может передвигаться самостоятельно, на допросе ему сломали ногу). Однако для следствия он в качестве участника был особенно важен, поскольку в свое время Кудаев был арестован американцами в Афганистане и даже провел два года в американской военной тюрьме в Гуантанамо. Само по себе пребывание в Афганистане преступлением не является, американская проверка, а затем и российская, других грехов за ним не нашли, и он был отпущен на свободу. Теперь же его биография придавала делу международный размах: Мятеж из сугубо российского инцидента превращался в акцию международного Терроризма, за которой стоит "Аль-Каида", в связях с которой Кудаева подозревали американцы, пишет газета.

Правда, отмечает издание, необычная судьба Кудаева не только делала работу следователей особо значимой, но и играла против них: с ним поддерживали контакты многие журналисты, и, как только известие о нападении на Нальчик распространилось, ему стали звонить, чтобы выяснить подробности происходящего, и как оказалось, в то время как, по версии следствия, Кудаев должен был обстреливать пост ГАИ на окраине Нальчика, он поднимал трубку домашнего телефона. Впрочем, пишет газета, еще до обнародования его фото с непомерно раздутой головой стало ясно, почему он сознался: на первый же допрос к нему вызывали "Скорую помощь", а в выписке из журнала "Скорой" значится: "...обследуемый лежал на полу, не подавая признаков жизни..."

Все вышеизложенное - лишь небольшая часть того, что стало достоянием гласности, а полная картина следствия скорее всего еще страшнее, полагает "Версия". Но сотрудники силовых структур Кабардино-Балкарии оказывают давление на родственников подследственных и их адвокатов, с тем чтобы информация о методах раскрытия дела о теракте в Нальчике не распространялась. Так, Ирину Комиссарову, отстраненного адвоката Расула Кудаева, уже предупредили, что она будет привлечена к уголовной ответственности то ли за клевету на органы, то ли за разглашение тайны следствия. Однако, судя по этим фотографиям, речь о клевете на следствие и не идет, а просто следствие пытается сохранить тайну применения жесточайших пыток. Мать Кудаева также вызывали в прокуратуру, где от нее потребовали не говорить о том, что к ее сыну применялись пытки.

Полпред президента в ЮФО Дмитрий Козак еще на прошлой неделе попытался успокоить общественность. Он заявил, что все разговоры о пытках не имеют под собой никаких оснований, и чтобы все могли убедиться в этом, журналисты будут допущены в камеры и даже получат возможность поговорить с обвиняемыми. Однако дальнейшие события, по мнению издания, развивались самым оскорбительным для полпреда Козака и президента республики Арсена Канокова образом.

Многочисленные представители СМИ в назначенный день собрались у республиканского МВД, однако вопреки обещаниям полпреда вскоре было объявлено, что никто никуда допущен не будет, и общаться с задержанными тоже никому не позволят. Вместо этого в здании администрации президента КБР пройдет пресс-конференция, на которой Каноков и руководство МВД республики расскажут о ходе дела и дадут все надлежащие объяснения. Журналисты переместились к зданию администрации, где после продолжительного ожидания пресс-секретарь Канокова Джамиля Хагарова объявила собравшимся, что пресс-конференция отменяется, так как никто из чиновников МВД на нее не явился.

В свою очередь "Кавказский узел" сообщает, что сейчас в Нальчике работает комиссия Управления собственной безопасности Главного Управления МВД РФ по ЮФО под руководством оперуполномоченного по особо важным делам Романа Грохотова.

Комиссия проверяет обстоятельства, изложенные в заявлении родственников погибших 13 октября мусульман. В этом заявлении содержатся обвинения в случившихся 13 октября трагических событиях министра внутренних дел Хачима Шогенова, начальника УБОП Анатолия Кярова, оперуполномоченного УБОП Беслана Мукожева и требования привлечь их к уголовной ответственности "за нарушение прав верующих, а также за причинение физического и морального вреда и убийства" (ст.136, 148, 282 УК РФ). В заявлении также содержится требование остановить массовые репрессии в отношении мусульман.

Члены комиссии опрашивают лиц, подписавших это заявление, и записывают их показания. В частности, они выясняют факты незаконных приводов в милицию, избиений, закрытия мечетей в Кабардино-Балкарии.