Сырьевая модель развития в России также дошла до своего предела, хотя у страны есть серьезные резервы для экономического рывка, и это явно не Сколково
Moscow-Live.ru

ВЛАДИМИР ВОЛКОВ, обозреватель журнала "Большой Бизнес":

Источники, питавшие рост большинства ведущих экономик мира до кризиса, исчерпаны и необходимо заняться поиском новых. Сырьевая модель развития в России также дошла до своего предела, хотя у страны есть серьезные резервы для экономического рывка, и это явно не Сколково.

Эта мысль прозвучала в первый день стартовавшего в среду форума "Россия", организованного ИК "Тройка-Диалог". И прежде, чем включиться в эту дискуссию, поделюсь собственным впечатлением от нынешнего "российского Давоса", в атмосфере которого от прошлогоднего ощущения напряженной неопределенности не осталось и следа.

Об изменении настроений у делового сообщества свидетельствует и то, что главная часть повестки форума, предложенной его организаторами, была отдана отнюдь не вопросам текущих проблем мировой экономики в контексте глобального кризиса.

Основная дискуссия развернулась вокруг вопроса о ее перспективах. Но, тем не менее, ее отправной точкой стала констатация очевидного: докризисная модель развития в большинстве индустриально-развитых стран мира, основанная на искусственном стимулировании спроса с помощью кредитной накачки, исчерпана, и возродить ее в перспективе ближайшего десятилетия, скорее всего, не удастся.

Чтобы преодолеть негативные последствия кризиса, главное из которых высокий уровень безработицы, и в дальнейшем успешно противостоять нарастающей конкуренции со стороны нарождающихся экономических сверхдержав - Китая и Индии, европейскому сообществу и США придется найти новые источники роста, сделав ставку на развитие инноваций.

Оговоримся сразу: большинство высказавшихся на эту тему экспертов склонны смотреть на перспективы лидеров индустриального мира с более или менее выраженным оптимизмом. Хотя с тем, что центр глобальной экономической тяжести медленно, но верно перемещается в азиатский регион, не спорит никто.

Что касается России, то, несмотря на сравнительно высокие темпы посткризисного восстановления экономики, формально позволяющие поставить ее в ряд с наиболее перспективными развивающимися странами, вопрос о поиске новой модели роста актуален для нее сегодня не меньше, чем для большинства индустриальных государств.

Не секрет, что главным источником прироста российской экономики в докризисное десятилетие, стало быстрое увеличение сырьевого экспорта. Приток нефтедолларов за счет наращивания добычи и вывоза сырья на фоне улучшения мировой конъюнктуры цен, до последнего времени не только позволяло увеличивать бюджетные расходы, но прямо или косвенно стимулировало потребление, также активно расширявшееся. Достаточно сказать, что в "тучные" годы фонды оплаты труда на российских предприятиях в среднем увеличивались заметно быстрее, чем росла производительности труда. К этому надо добавить стремительный рост объемов потребительского кредитования - до 40% в год - незадолго до схлопывания пузыря.

Как видно, ни один из вышеперечисленных факторов сегодня не в состоянии обеспечить российской экономике нового заметного ускорения. Так, по всей видимости, уровень нефтедобычи в стране вышел на плато - чуть более 500 тонн. Перспективы восстановления докризисного уровня потребления, из-за стагнации доходов населения, также туманны. С осени 2008 года российские компании, как и во всем остальном мире, предприняли жесткие меры по сокращению издержек, в первую очередь за счет сокращения зарплат и персонала, а динамика зарплат и производительности сравнялись. Наконец, больше не стоит рассчитывать на докризные темпы роста кредитования - по прогнозам, в ближайшие годы они не превысят 10% в год.

За вычетом всех этих факторов, посткризисное восстановление объемов производства и конъюнктурный рост сырьевых доходов способны обеспечить российской экономике динамику на примерно на уровне нынешних 4%. Но этого явно недостаточно не только для сокращения экономического отставания России от современных лидеров мирового развития, и финансирования ее модернизационного проекта.

Но значит ли это, что серьезных источников роста у России больше не осталось? Разумеется, это не так. И развитие инновационной составляющей - один из них. Однако в ближайшее десятилетие вовсе не Сколково - что и было подтверждено ходом дискуссии во время форума - способно стать ее основным драйвером на ближайшее десятилетие.

По счастью, в стране по-прежнему много незадействованных ресурсов. Один из них - развитие машиностроительного экспорта, который в России сегодня оценивается примерно в 20 млрд долларов в год, но, по оценке экспертов, мог бы удвоиться при условии выстраивания системы его государственной поддержки по примеру ведущих стран. Еще более мощный толчок могло бы дать привлечение инвестиций, которые помогут повысить эффективность местного производства и развить инфраструктуру, снизив издержки всей экономики. Но для этого, как минимум, надо решить проблему отвратительного предпринимательского климата в стране, который продолжает ухудшаться.

Иными словами, мощных прорывов можно добиться, даже не влезая в наносферы, а "просто" подтянув страну - по всем пунктам - до уровня лучших мировых аналогов. Неприятный парадокс заключается в том, что решение всех этих проблем так или иначе упирается в проблему неэффективности самого государства. Но как ее решить, эффективные отечественные чиновники пока хорошо не придумали.