Сначала было письмо, пришедшее в редакцию "Версии" от Александра Светличного, отца таинственно исчезнувшей Ирины Сердечной. В принципе пересказать это десятистраничное письмо можно одной фразой: "Помогите нам!"
Версия

То, что Южный федеральный округ выделяется из других регионов по масштабам коррупции, давно не новость, утверждает газета "Версия", рассказывая о ходе журналистского расследования происшествия в городе Сальск на юге Ростовской области.

Сначала было письмо, пришедшее в редакцию "Версии" от Александра Светличного, отца таинственно исчезнувшей Ирины Сердечной. В принципе пересказать это десятистраничное письмо можно одной фразой: "Помогите нам!" Михаил Яковлев, автор материала "Засаленная власть", утверждает, что после прихода на пост главы администрации района "крепкого хозяйственника" Анатолия Кашина от былого крепкого хозяйства остались только торговля и, как поговаривают местные жители, контрабанда. Очень символично, ведь до революции город был станицей, и называлась она Торговая.

В мае 2001 года, всего через два месяца после избрания нового главы администрации, было возбуждено уголовное дело по ЗАО "Сальский кирпичный завод", которым до перехода на новую должность руководил сам Кашин. Причиной возбуждения дела стало обращение акционеров Сердечной и Павлова. Проверка, проведённая УБОП по Ростовской области, выявила интересные особенности хозяйствования на СКЗ.

Всего обнаружили недостачу 5 млн. рублей. Следствие длилось три года и закончилось тем, что была осуждена Ольга Фёдорова - экономист завода. Но о том, что люди свидетельствовали о личной просьбе директора изъять деньги из кассы, в приговоре нет ни слова.

А вот что случилось с заявительницей Ириной Сердечной, благодаря обращению которой и было возбуждено дело по СКЗ. 14 июня 2004 года она поехала на встречу с весьма авторитетным дагестанским предпринимателем по кличке Адук (настоящее имя — Абакаров Абдулмуталим) в принадлежащем ему кафе "777". Приехала она, чтобы попросить у него немного денег на курс реабилитации после операции. Для Адука сумма 5 тыс. рублей не потеря, и он не раздумывая дал ей их. Они немного поговорили, выпили кофе с конфетами. Кроме них в этот день в кафе было полно народу: начальник Сальской ГИБДД праздновал свой день рождения.

Просидели они недолго. Ирина, сказав, что ей надо ехать, ушла. Адук предложил ей своего охранника, чтобы проводить до ожидавшей её машины, но Ирина отказалась. Интересная деталь: у неё не было при себе сумочки. Всем, кто её знал хорошо, известно, что с этой деталью своего туалета она не расставалась. А если и оставила её кому-то, то это должен быть человек, которому она полностью доверяла, и сумка скорее всего была у него. Ценность ридикюля трудно переоценить: Ирина носила в нём все документы по СКЗ и другим делам Кашина.

После того как она покинула кафе, больше её никто не видел. Никто не видел, в какую машину она села, хотя на стоянке было немало гаишников, вышедших на перекур.

По факту исчезновения Ирины Сердечной Сальское РОВД завело уголовное дело, однако следствие по нему не продвинулось ни на шаг. До сих пор не найдены ни сама Ирины, ни её документы. Основными версиями были ограбление, так как якобы Ирина была большой любительницей дорогих украшений, и конфликт с дагестанцами. Хотя, как признаётся сын Сердечной Виталий, дагестанцы, узнав о похищении, проводили собственное расследование.

Следователи в работе над делом об исчезновении Сердечной почему-то "упустили" из виду конфликт с главой администрации Анатолием Кашиным. Высокопоставленные чиновники города не скрывали, что "она слишком дорого обходится", намекая, что проверки по её обращениям создают массу проблем. Ведь Ирина была одним из двух акционеров Сальского кирпичного завода, и только по её обращению как пострадавшей дело можно реанимировать. Первый акционер умер от сердечного приступа два года назад, и, кому перешли его акции, неизвестно. Не стало и второго акционера, значит, дело по СКЗ не будет пересмотрено до того момента, пока кто-нибудь не вступит в права наследования.

Помимо этого Ирина писала во все инстанции не только о беспределе на СКЗ, но и о других "странных" явлениях. Ей сальчане доверяли и частенько приносили документы, подтверждающие факты злоупотреблений. На её обращения реагировали.

Об одной из проверок по обращению Сердечной рассказал "Версии" бывший прокурор Сальска Сергей Пономаренко. Он один из немногих людей, кто говорит не стесняясь в выражениях, так как уже не живёт в Сальске. Кроме того, Ирина Сердечная успела составить список тех, кто был уволен, погиб или был вынужден покинуть город Сальск за последнее время. В этом списке 102 фамилии, но назвать его полным нельзя. По крайней мере её фамилии там уж точно не хватает.

Всё, что описано в этой статье, завершает свою статью Михаил Яковлев, лишь верхушка айсберга. Многие люди отказывались разговаривать, многие не договаривали самого главного, и теперь они просто не знают, кому верить.