Культовый российский писатель Виктор Пелевин не приедет на открывающуюся во вторник Международную книжную ярмарку во Франкфурте-на-Майне
Архив NEWSru.com
 
 
 
Произведения Виктора Пелевина переведены на 15 языков, но он отказался быть в числе 100 авторов, которые прибудут в Германию, чтобы представлять Россию
www.vagrius.com

Культовый российский писатель Виктор Пелевин не приедет на открывающуюся во вторник Международную книжную ярмарку во Франкфурте-на-Майне, несмотря на то что его книги там будут представлены.

"Это все равно, что спросить быка: как это может быть, что ты, обладая такой родословной, не поехал на прием, устраиваемый на скотобойне? Когда писателя приглашают во Франкфурт, его обычно подают как блюдо. Писательский труд - это уже тяжелое занятие, а чрезмерные общественные контакты превращают жизнь писателя в ад", - так писатель комментирует свое решение.

Произведения Виктора Пелевина переведены на 15 языков, но он отказался быть в числе 100 авторов, которые прибудут в Германию, чтобы представлять Россию, которая на этой книжной ярмарке будет "почетным гостем".

Такого статуса Москва удостаивалась дважды - в 1991 и 1992 годах. В тот период появился роман Виктора Пелевина "Омон Ра". Тогда Пелевин продал 200 тысяч экземпляров своей книги, его стали называть творцом гротескного жанра и,как писал Александр Гаврилов, главный редактор "Книжного обозрения", Пелевин "стал первым, кто придал чувство современности российской литературе".

Пелевину - 41 год, он сын советского офицера. Писатель прожил свои первые 20 лет при режиме, свои последние 20 лет в хаосе, в который окунулась страна, вынужденная прилагать огромные усилия для того, чтобы вновь обрести свою самобытность. Это одна из тем романа "Чапаева и Пустоты"(или "Мизинца Будды", в зарубежных изданиях, - прим.ред.), вышедшего в 1996 году.

После выхода в свет книги американцы стали сравнивать Пелевина с Булгаковым. Автор в этом романе рассказывает об ощущениях того, кто привык жить в одной системе и внезапно оказался в другой системе, его отвергающей, - и он оказывается в сумасшедшем доме.

В 1999 году вышел роман "Gеneratiоn П" (за рубежом "Вавилон" - прим.ред.), в Германии его внесли в число тысячи самых лучших из когда-либо созданных литературных творений. В романе "Generation П" - Пелевин рассказывает об утрате самобытности и о влиянии рекламы на жителей России.

Когда у него спрашивают о его реакции на смену системы, он говорит: "У нас, и не только у нас, жизнь основывается не на социальных или экономических моделях, а на "институтах", которые способны пережить любую революцию или войну. Эти институты - коррупция, деспотизм бюрократии, унижение индивидуума, преступность и благосостояние, и так далее - претерпели незначительные косметические изменения. С другой стороны, реальные изменения можно увидеть лишь на ТВ, и только телевизионные репортажи могут считаться реальными в этом современном мире. Лишь в этом случае можно сказать, что изменения носят тотальный характер".

В России произведения Пелевина идут нарасхват. Что касается заграницы, то Пелевин, как кажется, опасается того, что его творчество будет воспринято неполно, и будет связываться лишь с российской действительностью.

В его новом романе "ДПП(нн)" ("Диалектика Переходного Периода из Ниоткуда в Никуда", 2003), по словам автора, "речь идет не о России, как может на первый взгляд показаться. Это история человеческого разума. Я рассказываю о том, как человек строит вокруг себя тюрьму, и в обмен получает пожизненное заключение за то, что он ее построил. Это рассказ о банкире, живущем в мире счастливых и несчастливых чисел, и о страсти, которая довела его до краха. Эта книга рассказывает о связях, скрывающихся за "путинизмом" и гомосексуальностью, и дает новое определение киберсексу. Помимо романа, в книгу включены рассказы о судьбе второстепенных героев".

По словам Пелевина, "современная российская литература превратилась в бизнес". Однако он не согласен с тем, что его произведения также очень хорошо раскупаются. Он говорит о том, что есть писатели, например, Дарья Донцова, которых покупают не в пример лучше: "Достаточно войти в вагон метро, чтобы убедиться в этом".

"Если бы Тарантино сделал операцию по смене пола или лоботомию, он мог бы сочинять подобные произведения. Но есть и авторы более традиционных детективов, такие как Александра Маринина или Борис Акунин, более талантливый, чем все остальные", - говорит Пелевин.

Один московский журнал написал, что Пелевин отвечает за связь между российским духом и потусторонним миром. Сам писатель иронизирует: "Возможно, у меня есть поклонники среди привидений". Об этом пишет во вторник CORRIERE DELLA SERA (перевод на сайте Inopressa.ru).