Свыше 1360 человек пострадали в Беслане, по данным управления соцзащиты (Свидетельства очевидцев)
Архив NEWSru.com
 
 
 
От Беслана до Владикавказа - 20 км. Теперь каждый прилетевший в Беслан по дороге в столицу Северной Осетии обязательно увидит новое кладбище, где с 6 сентября хоронят жертв трагедии
AP Photo
 
 
 
Игорь Малиев в этом морге был трижды. Он объездил все больницы республики, но пока не смог найти свою внучку Светлану Малиеву - трех лет без одного месяца
Архив NEWSru.com

По данным управления социальной защиты Беслана, список пострадавших в результате захвата школы содержит более 1360 человек. Об этом в эфире радиостанции "Эхо Москвы" сообщил сотрудник управления соцзащиты.

По его словам, работа по уточнению списков продолжается, и число граждан, которым положена гуманитарная помощь, увеличивается. В частности, "в поликлинике готовятся данные о тех, кто обращался за помощью, но не был госпитализирован, так как получил легкие ранения".

По информации управления соцзащиты Беслана, в результате теракта погибли 328 человек, 242 из них опознаны.

В управлении соцзащиты продолжается формирование гуманитарной помощи и ее раздача пострадавшим, сообщил сотрудник управления. По его словам, "помощь, полученная вечером, уже утром раздается пострадавшим".

Дорога вдоль кладбища

От Беслана до Владикавказа - 20 км. Теперь каждый прилетевший в Беслан по дороге в столицу Северной Осетии обязательно увидит новое кладбище, где с 6 сентября хоронят жертв трагедии, пишет в понедельник "Новая газета".

8 сентября одной из первых хоронили Фатиму Тебиеву, руководителя местного Пенсионного фонда. 1 сентября она вместе с дочерью, зятем Русланом Фраевым и его матерью провожала 7-летнюю внучку в школу. Еще одну, 4-летнюю, внучку Фатима держала на руках. Все попали в заложники. Когда террористы начали загонять людей в спортзал школы, Руслан Фраев, защищая свою семью, бросился на них и был убит автоматной очередью. Он стал первой жертвой террористов. Родной брат Руслана Сослан Фраев - чемпион Европы по вольной борьбе - был среди тех местных жителей, кто штурмовал здание школы. Но свою мать спасти не успел.

Приехавший из Москвы на похороны генерал-лейтенант внутренних войск в запасе Александр Ходов рассказал, что не сразу удалось опознать обгоревшие трупы пожилых женщин. На 9 сентября в морге при Центральной больнице Владикавказа оставались неопознанными 98 трупов - жертв бесланской трагедии.

Игорь Малиев в этом морге был трижды. Он объездил все больницы республики, но пока не смог найти свою внучку Светлану Малиеву - трех лет без одного месяца.

Надежда Малиева еще не отошла от шока. Ее четырехлетний сын пока в больнице, травмы не опасны для жизни. Надежда рассказывает: "Сначала нас всех согнали в спортивный зал. Потом террористы стали составлять списки детей до 6 лет. Таких оказалось 150 человек. Матерей с грудными детьми бандиты перевели из спортзала в другую комнату. Когда мне разрешили отвести ребенка в туалет, я заглянула в эту комнату и осталась в ней. На второй день к нам заглянул Аушев, который приходил на переговоры с террористами, - обещал помочь. Когда стали отпускать женщин с грудными детьми, я тоже попыталась с ними уйти - не пустили: сказали, что у меня не грудной ребенок, и вернули с сыном в спортзал. На третий день террористы не давали пить даже детям. Малыши плакали. В зале постоянно был шум. Бандиты требовали успокоить детей - несколько раз поднимали мужчин и ребят-старшеклассников, угрожая, что их расстреляют, если мы не успокоим малышей. Но сделать это было просто невозможно. Дети страдали от жажды и духоты. Кто-то из них вскакивал, задевал головой висящие и стоящие бомбы. Я посмотрела на часы. Было ровно 13 часов. 3 сентября. И вдруг яркая вспышка света, а потом - все черное. Один боевик закричал: "Что вы наделали - вы сами себя взорвали!". Боевики направили автоматы на детей. И в этот момент на вооруженных бандитов с руганью бросился мужчина. Они его расстреляли. Тех, кто мог идти, бандиты перевели на второй этаж в столовую, а затем на кухню. Это уже происходило во время штурма. В окна залезли спецназовцы. Они и спасли нас".

Старший тренер сборной Северной Осетии по карате Борис Кантемиров 1 сентября находился на сборах в Дагестане. Узнав о событиях в Беслане, где в заложниках оказалась жена брата вместе с племянником, Борис окружным путем, в обход Чечни, проехав на машине 750 км, уже к вечеру был на родине. 3 сентября Борис и Мурад Кантемировы бежали спасать детей впереди спецназовцев.

Рассказывает Мурад Кантемиров: "Я выносил из горящей школы ребенка, а спину мне прикрывал своей грудью спецназовец". Когда в очередной раз Мурад вынес из школы спасенного ребенка, ему сообщили, что его жена Марина и 9-летний сын Марик спасены. Мурад, увидев обожженных жену и сына и передав их на попечение родственникам, снова бросился к школе.

Рассказывает Марина Кантемирова: "Я повела Марика в школу, чтобы вместе с ним познакомиться с учительницей. В 9:30 все построились на торжественную линейку - со 2-го по 11-й класс. В момент, когда стали выводить первоклассников, раздались выстрелы - и я увидела, что от железной дороги бегут вооруженные автоматами люди в масках. Нас стали теснить к школе, мы даже не успели найти своих детей. С Мариком мы соединились у самого спортзала". Марик (полное имя - Маирбек) Кантемиров: "Дети держали шарики. И вдруг шарики начали лопаться. Я подумал, что это мальчики балуются. Потом смотрю - пыль поднимается. Это от пуль. Я мог бы убежать, но не сразу нашел маму. Я же не мог ее бросить".

Марина Кантемирова: "Нас в спортивном зале было более 1000 человек. Я лежала на полу, обняв сына. Мои ноги были согнуты в коленях, так как рядом были другие женщины с детьми. И они тоже находились в таком же положении. В первый день детям разрешали пить и выходить в туалет. Но когда по телевизору объявили, что в заложниках находятся 354 человека, террористы и это запретили. Они говорили: с вами можно делать все что угодно, ведь вас не 1200, а всего 354, и вы властям не нужны. И еще они составили список девочек от 13 и старше. И куда-то этих девочек вывели. И многих из них я больше не видела. Детей мучила жажда. Матери заставляли их пить собственную мочу. Детей тошнило. Одну малышку около нас вырвало. Мать влила ей все это обратно. Как-то принесли воду в ведре. Но всем не хватило. И тогда мы бросали детские майки, нижнее белье. Их мочили и бросали обратно. Можно было высасывать эту влагу. Марик вел себя мужественно. Он терпел. Но от голода, духоты и жажды его, как и других детей, клонило ко сну. Многие дети просто теряли сознание, да и взрослые тоже. Я просила Марика держаться - не спать. Ведь если бы был штурм, я, обессилев, не смогла бы тащить его.

На третий день терпеть жажду стало невыносимо и я уже мечтала о смерти и стала готовить к этому сына. И другие матери тоже. У нас недавно умер отец мужа, дедушка Марика, трагически погиб младший брат мужа Марат. Я сказала Марику, что нам скоро будет хорошо, мы поднимемся в небо к дедушке и Марату. Но Марик спокойно ответил: "Я дедушку и Марата очень люблю, но я папу тоже люблю. И я хочу еще с папой побыть".

Когда раздался первый взрыв, выбило раму над нами. Вокруг нас были люди, а после взрыва - пусто. Мои ноги обжигало что-то горящее. Я сбрасывала горящие ошметки с тела Марика. Помогла ему подняться и залезть на окно, сбросила и крикнула: "Беги!". Ноги мои были обожжены - я не могла бежать за ним. Марик пробежал несколько метров, стал кричать: "Мама, я без тебя не уйду!". И тогда я, собрав какие-то последние силы, смогла перелезть через окно".

Арсену Тедееву из 7"В" и Зауру Цомартову из 8"Б" удалось бежать 1 сентября со школьного двора, но из их классов многие погибли.

Заур: "У нас в классе из 25 человек 15 погибли, пятерых оставшихся живыми я видел, а где остальные - не знаю".

Сослан Дзугаев: "От одного баскетбольного кольца до другого они развесили семь бомб. По всему периметру спортивного зала тоже стояли бомбы. Все они соединялись проводами. А под баскетбольным щитом сидел террорист и охранял бомбу, замкнув которую, можно было взорвать весь спортзал. Дети бегали в туалет и постоянно задевали провода... На наших глазах они расстреляли в спортзале мужчину".

В больнице Владикавказа, отвернувшись к стене, лежала женщина. "Меня зовут Лариса Джумок. Я - сибирячка. Вышла замуж за осетина. У меня погибла единственная дочь. 29 сентября моей Альбиночке исполнилось бы 12 лет. Она была такой красавицей, очень стройная девочка. Я так надеялась, что Путин не даст нашим детям умереть. Но с каждым часом надежды таяли. А когда власти объявили, что нас в заложниках не тысяча человек, а 354, я вспомнила, как они лгали про "Курск" и про "Норд-Ост"... Мы никому не нужны. Мы бы здесь сгорели, но спецназовец вытащил Альбину и меня. Но было поздно - она умерла в больнице. Несколько дней назад. Я об этом не знала. Мне только вчера сказали. А муж думает, что я до сих пор не знаю. А мне очень жалко его. Мне 44 года исполнится 30 сентября. Все деньги я отдам врачам, чтобы помогли мне родить ему ребенка".